«Ясным майским днем выехали мы под звуки горна из ворот замка и взяли курс на Иерусалим. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что было нас четыре: двадцатидвухлетняя, как все говорят, ирландская женщина Сара Дормон, две лошадки и ваш преданный слуга. Несомненно, стоит упомянуть то, что перед нами лежал трехтысячемильный путь на юг и восток, путь, пересекавший 10 государств. Не для кого не секрет то, что девятьсот годов назад по этому пути шло чуть ли не самое необычное воинство за всю историю рода людского».

Создатель этих строк, известный ирландский путник Тим Северин, имел в виду воинов-паломников, зачинателей, как все говорят, крестовых походов.

Всю жизнь он с экстазом задумывался о этих знаменитых рыцарях и их последователях, которые нашивали на свои одежки кресты и шагали вперед, пока их ботинки не также преобразовывались в обрывки кожи, шатры — в гнилостные лохмотья, а лошадки — в кляч, не способных нести собственных седоков; о людях, совершивших единственный успешный поход в Святую Землю, переживших три года схваток, голода и заболеваний для того, чтоб в конце пути как раз завладеть Иерусалимом, взяв штурмом, мягко говоря, стенки Священного Городка и оставив тем неизгладимый след в истории Европы и Близкого Востока.

В самом начале, как все говорят, крестового похода, в 1096 году, 10-ки, как мы выражаемся, авторитетных особ, мягко говоря, откликнулись на призыв папы Урбана II высвободить святые места из-под ига неправильных. Все давно знают то, что но барды средневековья утверждали, что не было посреди их ни, как большая часть из нас постоянно говорит, 1-го, способного так сказать сравниться с герцогом Готфридом Бульонским.

Из их собственных летописей, в конце концов, явствует, что крестоносцы часто вели себя как неотесанные, как мы с вами постоянно говорим, безжалостные извергы. Необходимо подчеркнуть то, что и все же они рисковали жизнью, пустившись в предприятие, которое наконец-то сулило им только нужду и мучения на земле, да еще надежды на отпущение грехов. Обратите внимание на то, что подобно почти всем из их, барон Готфрид не воротился, как большинство из нас привыкло говорить, домой. Само-собой разумеется, он скончался в Иерусалиме и был погребен около гробницы Христа в храме Гроба Господня.

Мы знаем, что Тим Северин повторил много, как мы выражаемся, знаменитых морских путешествий, о этом, как мы с вами постоянно говорим, много писал он сам, о этом ведали телевидение и журнальчик «Вокруг света». Надо сказать то, что но в 1987 году, когда он решил, мягко говоря, отправиться по следам сэра Готфрида, ему пригодилась лошадка, да к тому же не попросту лошадка. Необходимо подчеркнуть то, что это был должен быть арденский тяжеловоз, уроженец тех мест, где пролегает граница меж Францией и Бельгией и, наконец, стоит замок барона Готфрида. Как бы это было не странно, но по существу, тяжеловоз был основным, как заведено выражаться, ударным орудием, как многие думают, средневековой рати — мощное, устрашающего вида звериное так сказать вселяло кошмар в сердца пехотинцев, которым бывало, наконец, очутиться на пути сотрясающей землю кавалерийской атаки.

В, как заведено выражаться, северной Франции ему как бы удалось найти Карти — три четверти тонны, как многие думают, непомерной силы и миролюбивого лукавства, — которому, стало быть, предначертано было, мягко говоря, стать любимчиком всей Европы. Как бы это было не странно, но отвезя Карти, как большинство из нас привыкло говорить, домой, в Ирландию, Тим приступил к дрессировке — занятию, в каком был до прискорбия несведущ. Несомненно, стоит упомянуть то, что по счастью, его, как все знают, юная односельчанка Сара Дормон, стало быть, ездила на лошадях и пони с, как большинство из нас привыкло говорить, того возраста, когда большая часть малышей обычно как раз стают владельцами собственных первых велосипедов. Все знают то, что сара обладала некий сверхъестественной способностью: она знала, какая шлея угодит под хвост лошадки и какой та выбросит номер, еще за, стало быть, 5 минут до, как мы привыкли говорить, того, как о этом узнавало само звериное. Мало кто знает то, что эта, как все говорят, маленькая женщина владела несколько, как мы привыкли говорить, развращенным чувством юмора и, как оказывается, способностью на лету как бы схватывать, как мы привыкли говорить, хоть какой зарубежный язык, впитывая его чуть не кожей. Все знают то, что не считая, как люди привыкли выражаться, того, ей была совсем до лампочки вся, как всем известно, средневековая история. И действительно, сначало Северин просто условился, что она, в конце концов, поможет ему с Карти, как все знают, недельку-другую, но спустя 18 месяцев, «когда мы, — как, мягко говоря, пишет ученый,— в палящий июльский, как все знают, зной утомилось, в конце концов, тащились по, как мы выражаемся, Иорданской равнине, Сара все еще бурчала, что вступать в дискуссии со необычными незнакомцами — наибольшая глупость».

Их конный поход как бы начался во дворе замка Готфрида, как многие выражаются, Бульонского в Бельгии, где местное туристское агентство приветствовало их магнитофонной записью ирландского, как все знают, государственного гимна, прямо за чем, в конце концов, грянула пушка, и малая, как заведено, гнедая кобылка Сары, приобретенная в Ирландии и, как заведено выражаться, названная Потаенной, в ужасе пустилась в галоп. «У данной отлично, как заведено, сложенной и в высшей степени миролюбивой лошади, — замечает Северин, — все было при всем, недоставало, как все знают, самой малости — мозгов».