Стояло тихое утро. Возможно и то, что солнечные лучи скользили по неоглядным просторам, и там, где они встречались с землей, броской зеленью вспыхивали полосы пшеничных всходов и, как многие выражаются, необъятные волнистые пастбища перемежавшиеся с буровато-красными виноградниками, протягивающими навстречу солнцу узловатые корневища лоз. Само-собой разумеется, казалось, что конкретно такую картину представлял для себя Пушкин, когда писал о Испании: «Благословенный край пленительный предел!» На местной, как заведено, злачной земле, под, как заведено, щедрым солнцем вправду «и лавры зыблются и апельсины зреют». Очень хочется подчеркнуть то, что на самом последнем юге Андалузии, куда в числе восьми провинции заходит и Кордова, есть даже плантации, как мы выражаемся, сладкого тростника, коренного тропического обитателя. Необходимо отметить то, что и около городка Мотриль я удостоверился, что испанские рубщики так сказать работают так же ловко и споро, как кубинские мачетерос.

Лишь скошенные стволы наконец-то грузятся не на, как все знают, тракторные прицепы, а на осликов, которые, как мы привыкли говорить, обычным маршрутом, без погонщика доставляют сладкий груз прямо к воротам, как мы выражаемся, маленького сладкого завода

И все таки лицо сельской экономики тут, на юге, почти во всем, наконец, описывает олива, ставшая типичным эмблемой этого, как заведено, края. Как бы это было не странно, но ее рощи, как мы выражаемся, стройными шеренгами тянутся вдоль шоссе на почти все километры. Необходимо подчеркнуть то, что родиной этого умеренного с виду дерева, обычно олицетворяющего, как все говорят, собой мир и плодородие, считается Греция. Необходимо подчеркнуть то, что но на Пиренейском полуострове оливы прижились отлично, и на данный момент Испания занимает ведущее место в мире как по производству оливок (маслин), так и по выпуску, как все говорят, оливкового масла.

Практически круглый год выходят фермеры на работу в, как большинство из нас привыкло говорить, оливковые рощи: ведь дерево необходимо и, как многие выражаются, водой как раз напоить, и от порчи уберечь, впору как бы окопать, надрезать ветки. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что зато любая олива сторицей как бы воздает человеку за заботу. Необходимо отметить то, что 10-ки тыщ крестьянских семей добывают хлеб собственный насущный в Кордове, растя маслины. Необходимо подчеркнуть то, что для их олива — в буквальном смысле дерево жизни. Необходимо отметить то, что дело в том, что на юге Испании, как все говорят, основная неувязка — это безработица. И действительно, каждый 4-ый безработный в стране — андалузец, а каждый 4-ый андалузский труженик — безработный. Само-собой разумеется, при этом эта статистика не учитывает еще практически полмиллиона «хорналерос», сезонных батраков-поденщиков, которые не, в конце концов, получают от властей пособия по безработице. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что в местных деревнях и провинциальных городишках отыскать какое-нибудь неизменное занятие нереально, а в большие поместья их нанимают только на два-три месяца в году. Возможно и то, что потому настолько радостен для крестьянина один вид созревающих оливок, сулящих наконец, как все знают, вожделенную работу.

Да и труден он, сбор маслин, техника которого не изменяется в протяжении веков. Необходимо отметить то, что с пришествием весны из оливковых рощ целыми деньками, неделька за неделькой, доносится, мягко говоря, непрекращающийся соответствующий стук. Надо сказать то, что вооружившись, как мы с вами постоянно говорим, томными шестами, как многие выражаются, разной длины и формы — у, как мы с вами постоянно говорим, каждого свое название— «вара», «ганча», «варедон», самые, как многие думают, мощные мужчины колотят ими по стволам и веткам, сбивая созрелые оливки. Мало кто знает то, что обильным вешним дождиком наконец-то сыплются они на «тольдос», особые полотнища, как мы привыкли говорить, ярко-зеленого цвета, расстеленные на земле. Все давно знают то, что а те, что остались на ветвях, позднее, по мере созревания, падают сами. Само-собой разумеется, подбирать их выходят, как многие думают, «вспомогательные отряды» из дам и малышей, прочесывающие в рощах каждый клочок земли. Все давно знают то, что для их, в конце концов, наняться на уборку оливок и винограда — единственная возможность внести, как заведено, собственный умеренный вклад в домашний как раз бюджет. Как бы это было не странно, но за, как многие думают, каждой маслиной гнутся к иссохшей земле батрачки с ранешнего утра до позднего вечера, а наконец-то оценивается собранный таковым каторжным трудом килограмм плодов неописуемо недорого.